По крайней мере, никаких других содержательных возражений я не слышал (выкрики типа "Какие отвратительные рожи!", "Они растерзали журналистку Кособокову!", "А сало русское едят!", "Знает кошка чье мясо съела!" я не рассматриваю).
Своего апогея "касьянствование" достигло после публикации манифеста Станислава Белковского "Катехизис оппозиции". Среди множества комментариев не было ни одного содержательного возражения - только "касьяновская мантра".
Вот пассаж из "Катехизиса оппозиции", в котором якобы присутствует пламенный призыв "выбрать президентом американскую марионетку Касьянова и на следующий день сдать страну войскам НАТО":
Оппозиция способна победить только как многомиллионная сетевая структура идеологически мотивированных людей, ориентированная на единого лидера – фигуру, которая, может быть, многим не нравится, но зато всех устраивает – хотя бы как символ. Примерно так и случилось на Украине в 2004 году. Вокруг Виктора Ющенко сплотились люди самых разных воззрений и жизненных философий – все, кто хотел для своей страны неспокойной жизни, а не вязкой утомительной смерти.
Попробую-ка я изложить собственные представления о роли и месте "Другой России" и лично Михаила Михайловича Касьянова в нашем общем "оппозиционном деле". Если я скажу что-то несоответствующее взглядам Белковского, думаю, он меня поправит. Итак...
Под словом "оппозиция" в современной России принято считать "нечто похожее на КПРФ". Отсюда, "лидер оппозиции" – это "человек, похожий на Зюганова".
До последнего времени "оппозиция" у нас представляла собой совокупность джентльменов, которые много заседают, лепят какой-нибудь очередной "народно-патриотический блок" и грозятся всех одолеть на выборах. Потом в очередной раз не одолевают и спокойно занимают "петушиный" угол в общей камере, в просторечии именуемой Государственная дума Российской Федерации.
Классический пример – президентские выборы 1996 года. Зюганову тогда стоило немалых трудов отойти от президентского кресла на безопасное расстояние, когда он, казалось, был просто обречен в него сесть...
Я говорю о КПРФ, потому что именно эта партия последние полтора десятилетия была самым влиятельным и самым протестным элементом, того, что принято называть "оппозицией". Остальные – гораздо смешнее.
Чтобы привести терминологию хоть в какое-то соответствие с реальностью, сейчас принято использовать прилагательное "системная". "Системная оппозиция" – это совокупность актеров кремлевского политического театра добросовестно производящих шум за сценой, играющих роли стражников, могильщиков или "Кушать подано!"
Слово "оппозиция" применительно к ним – не более чем дань традиции.
Сегодня, когда последние рецидивы "несистемности" у зарегистрированных партий подавлены, можно смело сказать, что оппозиции в России нет, что сегодня оппозиция не данность, а задание. И говорить сегодня нужно не о том, что оппозиция будет делать, а о том, как она будет возникать...
Теперь самое время высказаться о "Другой России". Очевидно, что "Другая Россия" не "оппозиционная" партия, вообще, не партия. Тогда что это? Я бы сказал так: "Учредительное собрание, на котором впервые было сформулировано задание – создать оппозицию (без кавычек) и была предложена платформа, на которой это может быть сделано".
Понятное дело, оппозиция (без кавычек) не может быть "системной". А потому в рядах учредителей оказались политики и объединения, отвечающие трем важнейшим критериям: собственная "несистемность", готовность считать именно "несистемность" – главным признаком "оппозиционности" у других и готовность впоследствии конкурировать друг с другом в рамках нормальных демократических процедур.
Повторяю, речь идет о первой попытке сформулировать задачу и продемонстрировать, что объединение на такой основе в принципе возможно. Попытка эта удалась. И рукопожатие Касьянова и Лимонова зафиксировало границы будущей объединенной оппозиции. Вернее отсутствие у нее границ.
Таким образом, "Другая Россия" – не институт, а начало процесса. Ее участники – не партийные функционеры, а создатели прецедента. Это даже не роды оппозиции, это – ее зачатие. О ребенке пока известно одно – не будет никакой "оппозиционной партии", будет бесконечно широкая коалиция, в которой найдется место всем, кто откажется играть с Кремлем в азартные игры.
Очевидно, что формирование такого рода не имеет ничего общего с тем, с чем мы привыкли сталкиваться в современной российской политической жизни.
"Системная оппозиция", как известно, разбита на партии (ЗАО) с ярко выраженным "лидером" (главным акционером). Вплоть до полного их отождествления, как в случае с ЛДПР.
Любопытно наблюдать за тем, как критики "Другой России" отработанным движением натягивают на нее потертый зюгановско-явлинский лапсердак, не замечая, что он ей, мягко говоря, не в пору. Начинается все с поисков "главного акционера", на роль которого обычно "назначают" Касьянова (реже Каспарова). После этого ситуация, вышедшая было из-под контроля, возвращается в привычное русло...
Между тем, вопрос о лидере здесь, не то, чтобы совсем не актуален, но он имеет принципиально иные параметры. Как мы уже выяснили, оппозиция – это сообщество очень разных людей, имеющих подчас кардинально противоположные убеждения, идеологический бэкграунд, представления о будущем России. Объединяет их общая цель – сделать так, чтобы они могли свободно конкурировать друг с другом в условиях реальных политических свобод и защищенных от произвола исполнительной власти демократических процедур. То есть, налицо своего рода "народный капитализм" – акции распылены среди "членов трудового коллектива", никаких "главных акционеров" не может быть в принципе.
Отсюда, лидер оппозиции – наемный менеджер, арбитр, гарантирующих незыблемость общеоппозиционной платформы или просто фронт-мэн для телекамеры. Одним словом, кто угодно, только не "хозяин предприятия".
Белковский обозначил лидера оппозиции как "фигуру, которая, может быть, многим не нравится, но зато всех устраивает – хотя бы как символ".
Мы привыкли к тому, что лидер делает под себя партию. Здесь все ровно наоборот - оппозиция спокойно и без суеты выбирает наименее раздражающего всех человека и "назначает" его на должность своего "представителя по связям с общественностью".
Напоминаю, что оппозиция – это широкая коалиция самых разных политических сил. Оппозиция в отличие от партии не "берет" власть, она лишь создает условия для того, чтобы вопрос о власти впредь решался открыто и справедливо. И основная функция лидера оппозиции – не стать "новым драконом", а гарантировать уничтожение механизма для воспроизводства "драконов".
Классический пример (на который сослался Белковский) – Виктор Ющенко.
Что он сделал, став президентом Украины? Две вещи: закрепил основные политические требования Майдана в Универсале и обеспечил формирование власти в стране в соответствии с желанием украинцев, пришедших на избирательные участки. И даже собственный провал на парламентских выборах не заставил его сойти с этого пути.
Лидером оппозиции в России станет такой же человек. Не самый яркий, энергичный, креативный, амбициозный (вроде Юлии Тимошенко), а спокойный, рассудительный тихоня, в котором не будет никаких задатков узурпатора.
Хочу напомнить, что нечто похожее в России уже было в период правления Ельцина. В стране грянул дефолт. Помните, в каком тупике оказался Ельцин, когда Черномырдин стал "невозвращенцем"? В итоге вопрос о власти решил парламент (тогда еще у нас был парламент).
Что тогда обеспечило Примакову премьерское кресло? Он был пламенным трибуном? У него за спиной, ощетинившись штыками, стояла партия, готовая в любой момент "взять власть"? Нет. Просто у Примакова была репутация дееспособного министра и независимого человека, и, самое главное, он никого не раздражал. Думаю, что это был лучший премьер-министр России за всю ее новейшую историю...
Другой успешный российский премьер-министр – Михаил Касьянов, бесспорно, может рассматриваться в качестве кандидата на роль лидера оппозиции, так как по всем основным параметрам он подходит. Вот только, в отличие сложившейся в России практики, здесь вопрос о лидере будет решаться не раньше, чем оформится сама оппозиция. Причем, решит этот вопрос не "оппозиционное политбюро" и не Березовский с Невзлиным (уже отравившие все колодцы и зарезавшие всех младенцев в Российской Федерации).
"Многомиллионной сетевой структуре идеологически мотивированных людей" невозможно лидера навязать. Она такого "засланного казачка" просто не признает и распадется "на тысячи маленьких медвежат". Лидер у оппозиции может появиться, вообще, в самый последний момент – им может стать и уволенный Путиным популярный губернатор, и пользующийся непререкаемым авторитетом в армии генерал-отставник, и даже священнослужитель. Я бы не торопился отправлять на "политическую пенсию" того же Примакова или, скажем, Вольского. Роль признанного всеми арбитра на переходный период успешно может выполнить и тот, и другой.
Список потенциальных лидеров оппозиции, вообще, очень широк. Вот только составлять его сегодня рано. Да и не нужно. Лидеры не определяются рейтинговым голосованием. Более того, зачастую политик оказывается в положении лидера помимо своей воли (вспомните Зюганова, который буквально оттолкнул от себя президентское кресло в 1996 году, или Ющенко, пассивность которого на Майдане раздражала его сторонников в 2004-м). Никакой злонамеренный механик с отверткой не может здесь ничего "подкрутить", как бы он не старался. Вообще, историей невозможно управлять. Зато в ней можно участвовать...
