– Знаешь, конечно, Питирим Игнатьич, что президент в своем послании Федеральному собранию наши наработки использовал. То есть о военной реформе, буквально все, слово в слово, с нашего сайта переписал. Ну, мы скромные герои невидимого фронта, мы славы не ищем, нам лишь бы держава благоденствовала. Но теперь, когда злые силы дословное совпадение уловили и в интернете вывесили: слева президентский текст, справа – наши мысли, скромности предаваться нет смысла. Тайное стало явным.
Не понравился мне такой разговор. Нескромно. Президент... переписал... наше... ваше... Прямо распирает их от сознания собственной значимости.
– Что вы, – говорю, – коллеги, щеки надуваете. Да, факт имел место. Кто-то из ближайших сотрудников президента загнал в президентский доклад ваши тезисы о военной реформе. Но это дело обычное.
И Лужков так делал – этот в свою книжку статью какого-то доктора наук засадил. Называется, поразмышлял о судьбах человечества в XXI веке.
И генпрокурор изящные размышления нашей Пассионарии, Наталии Нарочницкой, про мораль и совесть, в свой докладец вставлял.
Ну, а в окружающем геополитическом пространстве – там вообще беспредел. Литвин, спикер Верховной Рады, так тот выпустил под своим именем бредни зарубежного какого-то международника. Как его? Каррерас? Касильяс? Канисарес? А, Каротерс! Тот обиделся, брюзжал в "Украинской правде" – скандал тот еще вышел. Но дела-то, в общем, заурядные. И вам в гиганты мысли нет оснований себя записывать.
Сразу сбавили тон.
– А нельзя ли, Питирим Игнатьич, чтобы ты в своих записках сей факт, а именно обращение президента к размышлениям ветеранов спецслужб о будущем Отечества, отразил? Не прошел мимо? Чтобы остались мы в истории государства российского?
Благосклонно киваю: это можно. Что еще?
– Ну и... – замялись. Потом самый главный говорит, – чтобы нас на ставку спичрайтеров в Кремль взяли. Пойми, не в деньгах дело! Пусть одна ставка на всех, дело принципа!
– Этого, – говорю, – обещать не могу. Министр финансов у нас редкий жмот. Мне, вон, до сих пор второго референта не дают, говорят, не полагается.
– Тебе? – изумляются. – Быть не может!
– Но вы, – ободряю ребят, – работайте. Не расслабляйтесь. На лаврах не почивайте. Впереди саммит "восьмерки" в Питере. Если президентские спичрайтеры опять оскандалятся, – надо, чтобы у вас на сайте нужный текстик висел.
– Это, – соглашаются, – мы понимаем. Будет висеть! Сейчас же за работу засядем. Хотя главное слово "крепость" уже сказано...
– Да, – вспоминаю, – я там у вас видел кусок о технике распознавания анонимных писем, в смысле установления авторства. Так вы уж будьте любезны, добавьте туда пару слов про интернет. Мол, достаточно фразочку в строку поисковика вбить – и тут же появляется ссылка на подлинного автора. Полное разрушение анонимности. Думаю, с президентского послания на ваш сайт именно таким макаром вышли. Добавьте, а то такая архаика.
Кивают, мол, понимаем, устарели. Но, президент наши слова взял, а стало быть, при всей архаике, мы на белом коне. А победителей не судят...
Ушли они гурьбой, перед уходом долго руку мне трясли, по плечу хлопали, один, которого я еще по восточногерманским делам помню, все расцеловаться норовил.
А я, оставшись один, задумался. Да, я, Питирим Собакин, своей свободной волей и кипучим разумом загнал в президентское послание текст весьма специфический. Либеральное ухо травмирующий. А что? У России два союзника – армия и флот. Кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую... Конечно, времени, чтобы этот, с ветеранского сайтика, текст перелопатить, переписать своими словами, была уйма. Но важно было вставить его в первозданном виде. Важно и принципиально. Издержки здесь, конечно, неизбежны. Статейки в интернете, мол, плагиат, то, се. Но кто не рискует...
Ведь достигнуто главное: все осознали, что наш президент связан с нами, спецслужбистами невидимой, но неразрывной пуповиной. Плоть от плоти. Наш президент.
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны.
